Неоязычество — угроза или спасение. Часть 1: Традиционные религии России
Неоязчество, неоязыческие культы, новое язычество. Что это: направления новых религиозных движений, опасная тенденция современности, молодежные субкультуры или просто красивые названия? Если обратиться к открытым источникам, то мы увидим, что за последний год не было действительно резонансных событий, связанных с неоязычством. Вместе с тем, точечно, в разных регионах России периодически появляются незначительные новости, происшествия, инциденты, в которых отражена реакция (по большей части Русской православной церкви) на действия неоязычников. Одновременно в массовом сознании представления о неоязычестве варьируются от «религии предков» до «националистических деструктивных движений».

Так кто же на самом деле неоязычники, несут ли они реальную опасность для России и какое место они занимают в поликонфессиональном и полиэтническом российском обществе.

Этими и другими вопросами задался Центр профилактики религиозного и этнического экстремизма в образовательных организациях Российской Федерации. В первой части аналитического материала мы попытались разобраться во взаимоотношениях между неоязычеством и традиционными религиями России. Для этого было проведено несколько интервью. От Русской православной церкви выступил заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ Вахтанг Владимирович Кипшидзе. Точку зрения ислама озвучили глава Духовного собрания мусульман России, член Общественной палаты РФ, муфтий Москвы Альбир Рифкатович Крганов и первый заместитель председателя Совета муфтиев России, заместитель председателя Духовного управления мусульман Российской Федерации по международным делам, председатель Духовного управления мусульман Московской области, муфтий Рушан Рафикович Аббясов. Точку зрения иудаизма озвучил руководитель Департамента Федерации еврейских общин России по взаимодействию с правоохранительными учреждениями, главный военный раввин России Аарон Юрьевич Гуревич.



Неоязычники: кто они?
С начала 2020 года в открытых источниках неоднократно встречались новости, связанные с конфликтными ситуациями. По большей части конфликты происходили между представителями неоязычества (или неоязычеством как течением) и Русской православной церковью (далее — РПЦ). Так, первая половина года оказалась отмечена активной борьбой РПЦ с неоязычеством как разрозненным движением. Озабоченность РПЦ была вызвана тем, что неоязыческие группы предпочитают не регистрироваться как религиозные организации. Между тем, некоторые представители РПЦ высказывают мнение, что все неоязыческие группы имеют экстремистскую основу, чем и представляют главную опасность для общества и РПЦ в частности. Об этом, например, говорилось на вебинаре «Неоязычество в современной России: угроза религиозного экстремизма», который состоялся 9 июля 2020 года, и других подобных мероприятиях. Также можно отметить, что, в связи с озабоченностью РПЦ проблемой неоязычества, в июле 2020 года в Богоявленском соборе города Кургана открылся Миссионерский апологетический центр имени святителя Макария (Невского), цель которого — помогать людям, пострадавшим от тоталитарных сект и деструктивных культов. Речь идет в том числе о пострадавших от неоязыческих групп.

В интервью Центру профилактики религиозного и этнического экстремизма в образовательных организациях РФ заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ Вахтанг Владимирович Кипшидзе пояснил позицию РПЦ в отношении неоязычества.

«Насколько мне известно, это движение носит разрозненный характер; его представители могут придерживаться диаметрально противоположных идей. Я не вижу ничего общего, что объединяло бы неозычников. Я вижу разнообразное отношение к тем или иным практикам. На мой взгляд, невозможно окончательно судить об актуальности неоязычества в силу его маргинальности, неизученности и разнородности»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
По словам В.В. Кипшидзе, представления россиян о неоязычниках на бытовом, а иногда и на экспертном уровнях кардинально отличаются от того, что есть в реальности. Заведомо предполагается, что современные язычники стремятся к тому, чтобы верить так, как верили на Руси до принятия христианства, хотя эту информацию сегодня невозможно верифицировать. Одновременно В.В. Кипшидзе обращает внимание на то, что на сегодняшний день нет серьезных известных и популярных работ, в которых этот тезис рассматривался бы.

«То, каким неоязычество видится сейчас, это абсолютно фантазийная конструкция, которая синтезирована из совершенно разных источников. Это касается и пантеона, и практик, и антуража, который для многих как раз и оказывается привлекателен (обереги, одежда). То же относится и к натурализму, который говорит о зле нашей высокотехнологичной цивилизации и необходимости возвращения к корням и гармонии с природой. Это стремление мне напоминает желание присоединиться к движению, например, толкинистов или поклонников саги "Звездные войны". По модели восприятия мира все это очень похоже друг на друга»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
В свою очередь руководитель Департамента Федерации еврейских общин России по взаимодействию с правоохранительными учреждениями, главный военный раввин России Аарон Юрьевич Гуревич отметил основные «сообщества», где сегодня наиболее актуальна проблема неоязычества, а также обозначил ряд проблем, по которым неоязычество привлекает внимание и вызывает озабоченность представителей традиционных религий России.

«Тема неоязычества перестала быть уделом узкого круга специалистов после выступления патриарха Московского и всея Руси Кирилла на заседании патриаршей комиссии по вопросам физической культуры и спорта несколько лет назад. Он подчеркивал, что бездействие со стороны Церкви приводит к тому, что пропаганда здорового образа жизни и физической активности нередко ведет к возрождению языческого отношения к самой человеческой плоти, к человеческому телу. Тут содержится, безусловно, намек на спортивные клубы, а также на военно-патриотические объединения, которые в принципе при стечении обстоятельств могут быть рассадником неоязычества, идеологии неоязычества. Начинается это с культа здорового образа жизни и постепенно это ведет к идеологической подпитке. Якобы возвращение к славянским корням, к божествам и дальше уже идет языческая мифология. Это такая переходная и еще не очень опасная форма»
раввин Аарон Гуревич
руководитель Департамента Федерации еврейских общин России по взаимодействию с правоохранительными учреждениями, главный военный раввин России
Вместе с тем, по словам А.Ю. Гуревича, нельзя говорить о вероисповедании в русле неоязычества. Кроме того, в некоторых случаях неоязычество, основанное на национальной идеологии, перерастает в более опасные формы. То есть русско-арийская традиция переходит в расизм, близкий к немецкому национализму.

«Например, есть некие направления, в которых присутствуют этнографические мотивы, но это нельзя обозначить как вероисповедную практику. На первый план выставляется единение с природой, но дальше, ближе к шовинистическим и радикальным кругам, это направление становится более политизированным в неоязычестве. Известно, что руководство Народной Национальной Партии [1] , выдвигая собственный идеал национального экологизма, обращается как раз к шовинистическим мотивам. Суть заключается в том, чтобы, поворачиваясь лицом к природе, к Богу, осуществлять поворот в сторону экологизма. Русское (российское и постсоветское русскоязычное) неоязычество оказывается чрезвычайно политизированным и обладает рядом черт, воспроизводимых в многочисленных его модификациях, в том числе увлечение "славянскими древностями", под которыми понимаются отождествляемые русская и арийская традиции, и вытекающий отсюда расизм»
раввин Аарон Гуревич
руководитель Департамента Федерации еврейских общин России по взаимодействию с правоохранительными учреждениями, главный военный раввин России
[1] Народная Национальная Партия (ННП) — ультраправая политическая партия России, основанная Александром Ивановым-Сухаревским 12 декабря 1994 года как Движение народных националистов.

Несколько отличным оказалось восприятие неоязычества российскими мусульманами. Неоязычество здесь не рассматривается как прямая угроза или отдельное направление в рамках новых религиозных движений. Оно рассматривается в контексте политеистических верований как таковых. Однако нельзя говорить о положительном его восприятии. Об общем видении неоязычества в контексте ислама рассказал первый заместитель председателя Совета муфтиев России, заместитель председателя Духовного управления мусульман Российской Федерации по международным делам, председатель Духовного управления мусульман Московской области, муфтий Рушан Рафикович Аббясов.
«Существуют культы народов России, идущие испокон веков, и пережившие свой ренессанс в 90-х годах. Сюда можно отнести марийскую веру, якутскую веру или веру народов Севера, где среди всего прочего существует и религиозный синкретизм (соединение разнородных вероучительных и культовых положений в процессе взаимовлияния религий в их историческом развитии). По сути отголоски древности у славянских и тюркских народов мы видим и сейчас, например, праздники: масленица, сабантуй и новруз. История показывает, что, когда ислам заходил в тот или иной народ, культурные традиции, не противоречащие установлениям ислама, как правило оставались. Если смотреть на неоязычество шире и говорить о политеизме в целом, то в контексте ислама вознесение на уровень Бога кого-то или чего-то помимо Него Самого, то есть приобщение Всевышнему сотоварищей – очень большой грех для каждого мусульманина»
муфтий Рушан Аббясов
первый заместитель председателя Совета муфтиев России, заместитель председателя Духовного управления мусульман Российской Федерации по международным делам, председатель Духовного управления мусульман Московской области
Таким образом мы видим, что, по сути, восприятие неоязычества как такового отличается у представителей разных религиозных конфессий. Однако некоторое свойство можно заметить в опасности, которая видится в неоязычестве.



Опасность или конкуренция?
Здесь необходимо отметить, что главное опасение в отношении неоязычества в РПЦ вызывает отрицание христианства и построение вероучения именно на этом догмате.
«Опубликованные аутентичные языческие тексты, которые я видел и которые имеют достаточное распространение, построены на отрицании христианского наследия, на попытках поставить под вопрос выбор князя Владимира, которого мы почитаем как святого, в пользу христианской религии. Выдвигаются аргументы, которые начинаются с простого несогласия с христианским вероучением (что вполне допустимо и предполагается религиозной свободой, которой мы все пользуемся), а продолжаются утверждением о том, что принятие христианства — это "иудейский заговор", направленный на уничтожение русского народа, и другими вещами, которые вполне можно квалифицировать как экстремистские и попадающие под соответствующую статью УК РФ»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
В контексте «иудейского заговора» интересно отношение к неоязычеству представителей иудаизма. Видят ли они опасность? Этот вопрос прояснил А.Ю. Гуревич. По его словам, далеко не все неоязыческие группы представляют прямую опасность, но вместе с тем само явление обоснованно вызывает тревогу.
«Вообще неоязычество является такой синтетической религией. Мы понимаем, что неоязычество само по себе, как квазирелигиозное движение объединяет множество направлений, многие из которых вообще достаточно "травоядные", то есть в них не усматриваются какие-то вызовы, радикализм… Нужно сказать, что из общих соображений, (в неоязычестве) зачастую наблюдается отрицание христианства и традиционного для России православия, которое нередко называется «жидовской» религией. Предполагается, что подобные отсылки должны отторгнуть молодежь от христианства… Ну и наконец, как может к этому относиться иудаизм? Безусловно эта квазирелигия — неоязычество — является чрезвычайно опасной, потому что она обращается к глубинам человеческого сознания, в которые, если спускаться без сопровождения (с точки зрения традиционных религий, с точки зрения устоев, с поддержкой, с пониманием того, ради чего, собственно, обращается человек внутрь своего сознания), достаточно опасно. Могут возродиться языческие культы, которые опасны в первую очередь тем, что тем самым происходит отрицание единого Бога и зависимого от этого понимания устройства Вселенной — Универсума (все, что происходит с нами и все, что мы видим вокруг нас — это создано Всевышним, и каждую секунду мы должны чувствовать его попечение о нас), то есть отрицание всего того, что находится в основе монотеистических религий. Именно это отрицается язычниками, которые считают, что человеку нужно обращаться к зримым объектам. Это огрубляет человеческое сознание, перечеркивает многотысячелетний культурный и религиозный опыт европейских народов в парадигме иудео-христианской цивилизации, и это возвращает к культу человеческого тела, а на индивидуальном уровне — к отрицанию традиции, существовавшей (если говорить об иудаизме) 3500 лет; особенно в данном случае нужно учитывать молодёжь. В случае христианства — это отрицание традиции, насчитывающей чуть менее 2000 лет»
раввин Аарон Гуревич
руководитель Департамента Федерации еврейских общин России по взаимодействию с правоохранительными учреждениями, главный военный раввин России
Здесь необходимо отметить, что отрицание единобожия неоязычеством объединяет отношение к данному направлению представителей всех традиционных религий. В этой связи интересны и другие мнения. Несмотря на то, что в новостной повестке сегодня не встречаются сюжеты о конфликтных ситуациях или вообще о взаимодействии неоязычества и ислама, этот вопрос нельзя просто обойти стороной.
«На сегодняшний день понятие "неоязычество" для ислама имеет определенный смысл с точки зрения предотвращения влияния новых религиозных течений на традиционный ислам. Истинной религией, принимающейся перед Всевышним по вероубеждению мусульманина на протяжении всей истории человечества, является ислам. "От того, кто ищет иную религию, помимо ислама, это никогда не будет принято, и в Последней жизни он окажется среди потерпевших урон" (Сура «Али Имран», аят 85)»
муфтий Альбир Крганов
глава Духовного собрания мусульман России, член Общественной палаты РФ, муфтий Москвы
Однако открытую опасность неоязычество для представителей ислама не несет. Во всяком случае такая постановка вопроса в принципе не рассматривается точечно в отношении неоязычества.
«Любое новое учение в любой религии привлекает своими новыми современными взглядами, изложенными на современном языке с применением современных мультимедийных технологий. Это и привлекает молодежь. Но эти понятные, на первый взгляд, учения, как раз и уводят молодых людей в сторону от традиций — вековых традиций наших предков, которые прошли испытания на протяжении столетий как развития Ислама, так и гонений на религию. Наша страна сильна своим опытом мирного сосуществования традиционных религий и народов. Такого нет ни в одной стране мира. Нельзя идти в направлении расшатывания наших устоев, культурных, межрелигиозных и межнациональных связей»
муфтий Альбир Крганов
глава Духовного собрания мусульман России, член Общественной палаты РФ, муфтий Москвы
В свою очередь первый заместитель председателя Совета муфтиев России, заместитель председатель Духовного управления мусульман Российской Федерации по международным делам, председатель Духовного управления мусульман Московской области, муфтий Рушан Рафикович Аббясов добавил, что существующие сегодня неоязыческие культы находятсяА больше в плоскости культурологического интереса либо этногенеза одного конкретного народа. Интерес к неоязычеству во многом сформирован современным кинематографом, задающим моду. Однако это совершенно точно не значит, что такие увлечения не могут перейти в деструктивное русло и стать опасными.
«Например, славянское неоязычество или скандинавское неоязычество в большей степени обусловлены интересом к субкультуре. Тем более скандинавская мифология активно использовалась мировой медиаиндустрией: выпускались фильмы и сериалы, создавались различные этно-музыкальные коллективы. Безусловно существуют неоязыческие направления, которые по факту переросли в деструктивные секты, как правило корни таких сект идут с Запада или Востока. Например, всем известная «Аум синрикё», имевшая в свое время офисы во многих городах мира, том числе и в Москве, и в итоге вошедшая в историю как террористическая организация. Такие секты конечно же несут угрозу и их деятельность нужно запрещать»
муфтий Рушан Аббясов
первый заместитель председателя Совета муфтиев России, заместитель председателя Духовного управления мусульман Российской Федерации по международным делам, председатель Духовного управления мусульман Московской области
Однако прямая угроза со стороны неоязычества ощущается в первую очередь Русской православной церковью. Это связано с тем, что на сегодняшний день россияне, ассоциирующие себя с данным религиозным направлением, являющиеся воцерковленными или периодически посещающие храмы РПЦ, составляют (согласно социологическим опросам) большинство. Кроме того, если мы говорим о славянском язычестве, то на первый план выходит еще и этническая составляющая вопроса.
«Целевая аудитория для неозыческих движений — это те, кто этнически себя ассоциирует со славянами. А большинство славян, проживающих на территории России, являются православными христианами. Поэтому неоязычники не обращаются к народам, исповедующим буддизм, и не предлагают им принять славянское язычество, это просто не сработает. Поэтому их, если можно так выразиться, миссия направлена на паству нашей церкви. Мы не можем этого не видеть и говорить, что это хорошо: предлагать ей вместо православия некий синтетический конструкт, состоящий из нескольких выдуманных ритуалов, атрибутики и символики, которая (это еще один вопрос) неплохо коммерциализируется»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
Вопрос коммерциализации неоязыческой символики действительно сегодня также стоит остро, об этом говорят и исследователи неоязычества. В первую очередь это связано с тонкой гранью между свободным творчеством, использующим как основу поверхностные знания о древнерусской культуре и запрещенной в России символикой. Сегодня этот вопрос остается нерешенным. Однако вопрос символики не является единственным «привлекательным» элементом. По мнению В.В. Кипшидзе, фактором вовлечения россиян в неоязычество является общинность, которая сегодня по большей части ушла в Интернет.
«Понятно, что в условиях современного информационного общества, несмотря на обилие средств коммуникации, создающих у человека иллюзию преодоления одиночества и виртуальной общинности, в реальной жизни мы ощущаем одиночество. Нам не хватает именно общинного существования, хотя в свое время община считалась препятствием для индустриализации. А теперь мы часто скучаем по этой общинности. В приходах РПЦ предпринимаются беспрецедентные усилия для восстановления церковной общинной жизни. Коммунисты сознательно выжигали из общественного сознания представление о церковной общине и предлагали вместо нее коммунистическую, со всеми ее товарищескими судами и другими квазитрадиционными формами объединения людей. РПЦ исходит из того, что возрождение общинной жизни в приходах и реального единства прихожан, интеграция их в те или иные формы церковно-приходской жизни, это большой вызов, особенно в условиях общества, которое более атомизированно, чем еще сто лет назад. Этот запрос на общинность пытаются удовлетворить и деятели неозыческих движений. Но они не могут создавать общероссийских форм общинной жизни, поэтому у неоязычников можно говорить о «фейковой» общинности»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
В.В. Кипшидзе отмечает, что для организации общины используется надстройка неоязычества на существующие, состоявшиеся группы, которые по своей природе имеют неоязыческий характер (спортивные сообщества, казачество, военные объединения).
«Неоязычество паразитирует на тех формах объединения, которые существуют помимо язычества. Например, казачество. Оно же не результат существования языческих верований. Это некое единство, которое и так уже существует. И вот на этой основе они и пытаются выстраивать формы квазирелигиозного общинного бытия. Или спортивное братство. Для того, чтобы легализовать такую форму объединения на этой базе возникают языческие, по сути, ритуалы, верования, обычаи (сомнительные с точки зрения православия). В таких закрытых группах неоязычество и распространяется»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
Он также обратил внимание на то, что представители неоязычества, «соблазняя» и переманивая в «свои ряды» россиян во многом себе противоречат.
«Неоязыческий "рецепт" — это попытка низвергнуть наш народ, наше общество и наше сознание во временах князя Владимира, когда страна представляла собой конгломерат разрозненных племен. Я думаю, что понимание такой общественной деградации неизбежно для неоязыческого "рецепта", который сейчас пытаются распространить и предложить тем людям, которые, к сожалению, не слишком хорошо знают отечественную историю. Я с трудом могу себе представить, что кто-то, имея какое-нибудь образование и знания христианской истории, христианской веры, обладая общекультурными знаниями, даже не будучи верующим, чтобы такой человек мог отказаться от христианской цивилизации как культурно-исторического явления и перейти к практике неоязыческих культов. Тем, кто принимает такой выбор, чтобы быть честным с собой до конца нужно отказаться и от технологий, от мобильной связи, медицины, транспорта, современного оружия. Ведь все достижения современной цивилизации имеют под собой христианский базис. Никто никогда не слышал про языческую науку, языческую медицину и т.д. Пропагандировать «возвращение к корням» — значит пилить сук, на котором сидишь»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
Можно ли говорить с незримым?
Если обобщить все вышесказанное, возникает логичный вопрос о том, а возможно ли межрелигиозное взаимодействие между традиционными религиями в России и неоязычеством. Вопрос обосновывается в первую очередь тем, что в России существует свобода совести, кроме того, сегодня тема бесконфликтного межрелигиозного взаимодействия обсуждается повсеместно. Межрелигиозный диалог, по сути, является ключом к мирному сосуществованию всего российского религиозного многообразия. Однако насколько неоязычество сегодня можно считать новым религиозным движением и ставить его наравне с традиционными религиями и другими зарегистрированными религиозными организациями — остается вопросом.

Здесь необходимо отметить, что мнения представителей традиционных религий в некоторой степени разделились. По мнению В.В. Кипшидзе, диалог будет возможен только после полного понимания того, с кем именно его необходимо выстраивать.
«Полемизируя с неоязычниками, я хотел бы сказать, что разрозненные племена, существовавшие во времена князя Владимира — это по большому счету модель того, как языческие общины в нашей стране существуют сейчас. Это некое многообразие непонятных объединений, которые часто друг с другом не общаются и даже отрицают друг друга... Решение проблемы неоязычества заключается в детальном и ответственном изучении этого феномена и снятия с него маски тайного культа, который будто бы дает сакральное знание, ощущение причастности к чему-то очень древнему, великому и т.д. я думаю, что это не только и не столько церковная задача, сколько задача объективного научного исследования… Если ничего не делать и ничего не рассказывать, не заниматься миссией и просвещением, то может образоваться и община поклонников Макаронного монстра или Дарта Вейдера. Они тоже могут попытаться доказать, что они религиозная организация. А доказать можно все, что угодно… Здесь можно дойти до абсолютно анекдотических и абсурдных вещей. Люди, которые сознательно отрицают любую религию, либо просто невежественные, могут поверить во все, что угодно…»
Вахтанг Кипшидзе
заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата по аналитической работе и работе со СМИ
В свою очередь главный военный раввин России А.Ю. Гуревич отметил, что несмотря на то, что прямой угрозы неоязычество иудаизму и российским евреям не несет, взаимоотношения с неоязычниками на данном этапе не выстроены и вряд ли в ближайшем будущем это изменится.

«Мы не можем закрыться в собственной раковине. Если для нашей аудитории неоязычники не представляют угрозы ввиду того, что они предлагают нечто славянско-националистическое, то есть евреи им в принципе не интересны, то следует понимать, что такая идеология противоречит конституционным устоям. Нужно сказать, что российская модель многоконфессионального государства, несмотря на все выпавшие испытания, все-таки устойчива. Неоязычество в своем радикальном варианте ее разъедает. Особенно, когда говорится о том, что есть религии правильные и неправильные, как христианство или иудаизм… Исходя из общих основ нашего вероучения можно сказать, что мы негативно относимся к язычеству как таковому. У нас есть текстовая традиция, предписывающая множество ограничений в отношении контактов с языческими народами. Это служит основой для многих спекуляций и «передергиваний» с внешней по отношению к иудаизму стороны. Но я сейчас не об этом. Я хочу сказать о том, что с сегодняшними неоязычниками у нас нет контактов как таковых, и можно спросить, на какой основе они вообще должны быть?.. В целом можно сказать, что отношение к силам природы как к чему-то божественному противоречит монотеистическим позициям… В обращении к этническому наследию ничего дурного нет. Но это не должно перетекать в псевдорелигиозный культ: как только здесь возникает культовый момент, то тут же возникает повод для беспокойства»
раввин Аарон Гуревич
руководитель Департамента Федерации еврейских общин России по взаимодействию с правоохранительными учреждениями, главный военный раввин России
Интересные позиции были высказаны представителями ислама. По мнению муфтия Москвы А.Р. Крганова, взаимодействие ислама и неоязычества невозможно в принципе.

«Исходя из вышеизложенного какое-либо практическое и перспективное взаимодействие не представляется возможным»
муфтий Альбир Крганов
муфтий Альбир Крганов глава Духовного собрания мусульман России, член Общественной палаты РФ, муфтий Москвы
В свою очередь муфтий Р.Р. Аббясов добавил, что взаимодействие необходимо с «мирными» представителя неоязычества как минимум для того, чтобы получить шанс изменить их религиозные взгляды и убеждения.

«Общаться и взаимодействовать конечно нужно. У нас есть пример Пророка Мухаммада (мир ему) и других пророков и посланников Бога, которые, будучи последователями единобожия, каждодневно соприкасались с миром политеизма. И пророки позиционировали и доносили свою религию исключительно добром и миром. Поэтому если то или иное неоязыческое течение является деструктивным и/или экстремистским, то им должны заниматься правоохранительные органы. Если же мы видим их мирную деятельности, то выстраивать общение и диалог с представителями этих течений необходимо, так мы получаем шанс донести до них постулаты единобожия побудить взглянуть на Бога по-другому»
муфтий Рушан Аббясов
первый заместитель председателя Совета муфтиев России, заместитель председателя Духовного управления мусульман Российской Федерации по международным делам, председатель Духовного управления мусульман Московской области
Таким образом, мы видим, что конфликт между неоязычеством и традиционными религиями России в корне своем имеет неразрешимые противоречия. Вопрос в том, можно ли признать взаимодействие неоязычества и традиционных религий России невозможным? Получается, что нельзя, так как по объективным оценкам, проблема решения конфликта и налаживания диалога состоит в недостатке знания о неоязычестве, а также в отсутствии желания со стороны самих неоязычников настраивать диалог. Здесь возникает вопрос, возможно ли говорить об отсутствии желания со стороны неоязычества, с учетом его разрозненности? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратиться к экспертам, которые лучше всего знают неоязычество. Возможно ли определить принадлежность неоязычества к религиозной группе, течению или субкультуре?

Продолжение в статье «Неоязычество — угроза или спасение. Часть 2: Исследователи и исследования».

Автор: Марина Малафеева
Made on
Tilda