Почему Россию захлестнула волна самоубийств детей из благополучных семей
«Тихий лес», «я в игре» - подобных сообщений в социальных сетях от детей можно найти десятки. Школьники всех возрастов завалили им свои виртуальные стены, специализированные группы и чаты. Так они ищут «кураторов смерти» в игре, финал которой – суицид. В это время эксперты бьют тревогу – «Россия в числе лидеров по числу детских суицидов». А полицейские недоуменно спрашивают: «Что происходит?! Нормальные семьи и кончают с собой!». Такой вопрос у МВД возник после предотвращения попытки группового самоубийства троих 13-летних школьниц в Петербурге.



За два дня до этого шестиклассник в Северной столице попытался покончить с собой в стиле героя аниме «Тетрадь смерти». Еще через месяц в городе на Неве 10-летняя девочка ночью ушла из дома и свела счеты с жизнью на детской площадке. Через несколько дней уже в Москве попыталась покончить с собой (ее спасла машина), а потом удивленно спросила: «Я все еще жива?». Группы смерти «Синий кит» вернулись! - подумали было мы. Но ситуация оказалась куда мрачнее…

«ГРУППЫ СМЕРТИ ВЕРНУЛИСЬ?»

«Из-за пандемии группы смерти вернулись», «Синий кит» приплыл обратно». Такими сообщениями трубили СМИ еще в начале года. Это было бы самым простым объяснением резкого роста числа суицидов - хладнокровные кураторы ведут наших детей к смерти. С такой мыслью мы бросились искать кураторов нового «Синего кита» (группы смерти). Провели в соцсетях несколько часов, но не нашли. Ни в «Телеграме», ни «Вконтакте». Лишь отдельные сообщения подростков с хэштегом о поиске куратора для самоубийства. Таких немало. Некоторые призывы добавить в смертельную игру висят у подростков по полгода. Но они никому не нужны: ни кураторам, ни родителям. Никто эти сообщения просто не замечает:

- Ну как игра? Нашел куратора? – спрашивают друзья у тех, кто оставил сообщения с призывом об игре.

- Нет, так никто и не написал, - разводят руками потенциальные самоубийцы.

Дети даже напрямую пишут – куратор откликнись! Но, кажется, сообщения о приплывших «китах» сильно преувеличены. Чтобы понять так ли это, мы обратились к тому, на кого и ссылались СМИ с новостью о возвращении групп смерти - ловцу организаторов опасных игр, руководителю «Молодежной службы безопасности» Леониду Армеру. Он уже четыре года занимается отловом кураторов смерти.

– Да, мы постоянно видим эти сообщения детей о поиске кураторов, - признается Армер. - Особенно старые, заброшенные группы, которые в свое время «клепали» энтузиасты против игры, завалены этим. Чаще всего все эти призывы к кураторам так и остаются, их никто не замечает. Хотя, естественно, это является индикатором проблем у ребенка. К счастью, кураторов смерти сейчас практически нет. Бывают всплески периодические. Был в прошлом году, когда всех только высадили на самоизоляцию– был зафиксированрезкий скачок подростков, желающих организовать суицидальные игры. Но это быстро все пресекли, несколько задержаний и все. Сейчас все относительнотихо. Все выявленные с прошлого года кураторы нейтрализованы, новые появляются периодически, но ненадолго.

Отчаявшись найти группы смерти, мы полезли в темные слои Интернета – в Даркнет. За два часа поиска мы нашли запрещенную порнографию, торговлю оружием, наемных убийц, но ни одного куратора смерти. Лишь одно сообщение на темном форуме о желании устроить групповое самоубийство. Судя по грамматике, писал ребенок. Но вместо куратора или единомышленников все другие форумчане высказали ему решительное «фи», дав понять – здесь приветствуется все, но не это.

«ПСИХИЧЕСКИ НЕЗДОРОВОЕ АНИМЕ?»

Группы смерти в прошлом. Но на новый план выходит другая беда для родителей – аниме. Вот лишь несколько примеров: Школьник в Петербурге пытался покончить с собой в стиле героя аниме «Тетрадь смерти», затем у другой школьницы, которая свела счеты с жизни, нашли аниме. Да и у девочки из Колпино, покончившей с собой на детской площадке – эти японские мультфильмы были любимыми. Может, в этом и есть корень зла? И прокуратура в Петербурге не зря объявила культурную войну этим лентам в суде? И именно поэтому Колпинский суд начал пачками запрещать японские мультики.

- Слово формирует интерес к тематике смерти среди детей с нестабильной психикой и тем самым создает суицидальную воронку, в которую их затягивает, - говорил на суде по аниме начальник отдела судебной психолого-педагогической экспертизы Петербургского института независимой экспертизы и оценки Василий Белов. - Во время прохождения возрастных кризисов внушаемость ребенка резко повышается, ему можно буквально переформатировать психику.

Эксперт уточнил в суде, что аниме - это разрушительные паттерны поведения, деструктивные примеры, установка на садизм через яркие эмоции и образы, формирование разрушительного потенциала и агрессивного поведения.

Получается, если запретить аниме – дети перестанут идти по пути саморазрушения? С таким вопросом мы обратились к профессору, доктору медицинских наук, главному психотерапевту Минздрава Башкортостана Ильгизу Тимербулатову. Башкирия - единственный регион, где введена комплексная система предотвращения детских суицидов. Здесь специальная комиссия изучает как попытки суицида, так и законченное самоубийство.

- Есть ролики просуицидальные, то есть провоцирующие на суицид: герой совершил суицид и ребенок, для которого он был кумиром, вслед за ним, как недавно у вас в Петербурге, - поясняет Ильгиз Тимербулатов. - Конечно, никто не спорит, что необходима цензура по допуску различного контента. Просуицидальное видео, как и порно, безусловно, надо цензурить. Но при этом необходимо понять причины, а не бороться со следствием. Культура аниме обширна и весьма разнообразна. И к просуицидальному контенту, если зайти слишком далеко, можно отнести не только аниме, но и некоторые произведения классической литературы, например, Анну Каренину, там тоже не очень хорошо все заканчивается. И после выхода этого романа даже были «индуцированные суициды» среди женщин. Но это не повод запретить роман.

«РАЗРУЩАЮЩИЕ ПСИХИКУ КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИГРЫ?»

Осторожно к критике аниме относится и тот, кто сам предотвращает суициды - руководитель «Молодежной службы безопасности» Леонид Армер.



- Аниме - это некие образы, которые подросткам и детям могут быть близки, - поясняет Армер. - Темы аниме философские и отображают полный спектр проблематики подростков: от недопонимания с родителями и заканчивая суицидальными идеями. Но если брать Японию, там есть куча разных направлений аниме для разных возрастных групп, там очень четко разграничивается этот ценз. Как и у нас - фильмы для детей, для семьи, для взрослых. Когда начались суды с «Тетрадью смерти» я опросил подросших подростков, которые в предыдущие годы присутствовали в суицидальных играх и чатах.Они удивились: «Аниме - это про другое: продобро и зло». Одна девочка решила стать следователем после просмотра «Тетради смерти», так как ей понравился образ следователя в мультфильме. Но при этом все они сказали – своим младшим мы это смотреть не дадим. Одно дело, когда образы ложатся на «обученный» мозг, имеющий уже какой-то жизненный опыт и критическое мышление, другое - на детский. Не надо детям показывать насилие и убийства. Это не для маленьких абсолютно точно. Но давайте на это посмотрим по-другому. Все эти вещи – индикаторы психологического здоровья у ребенка. Например, у той же школьницы из Колпино нашли в телефоне игру «GachaClub».

Игра GachaClub – довольно популярна среди юных школьников. В ней дети могут сами создавать себе героев аниме и на основе их строить сюжеты мультфильма. В соцсетях множество групп с поклонниками этой игры, которые обмениваются образами и созданными персонажами. В тоже время дети на фоне безобидных, стали создавать и видео посвященные насилию и суицидам. Многие родители из-за этого даже стали бить тревогу. Появились противники игры с призывом: «Запретить!».

- Если подросток думает о суициде, то он своему герою предавать соответствующие черты, а не наоборот – не герои игры навевают мысли о самоубийстве у школьников. Считайте, что это проективный тест, который показывает, что у ребенка на уме. И изучив игрока школьника, можно что-то заподозрить, - считает Армер. - Игра просто позволяет создать мультфильм, а какой будет сюжет у этого мультфильма – выбирает ребенок.

ВСПЛЕСК СУИЦИДОВ – СЛЕДСТВИЕ САМОИЗОЛЯЦИИ

Но ведь аниме, компьютерные игры, соцсети существуют уже давно. Почему именно сейчас произошел всплеск?

- Компьютер, аниме, игры, гаджеты, группы смерти - это лишь средства, - уверен профессор Ильгиз Тимербулатов. – Мы же не считаем, что нужно запретить все, в том числе бытовые предметы, которыми можно покончить с собой. Все это вторично, первично у детей склонных к суициду совсем другое.

Последние годы изучающие детские суициды эксперты бьют тревогу. Типичный портрет ребенка, который совершает самоубийство не такой, каким его себе представляют родители. Он сильно изменился.

- Это ребенок из внешне благополучной, как правило, состоятельной семьи, или же семьи, где средний доход выше среднего, - продолжает Тимербулатов. – Чаще всего эти дети отличники или хорошисты, с примерным поведением. Это не хулиганы, не те, чья семья состоит на учете, где родители пьют, бьют друг друга или ребенка. В неблагополучных семьях у детей другая доминанта - выжить. Он своруют денег, чтобы купить еду, подерется, отберет что-либо у сверстников, но у него, как правило, не бывает попыток суицида. А в так называемых благополучных семьях у детей нет навыков совладания со стрессом, они растут тепличными, если проще сказать – и это только одна сторона проблемы.

Всплеск детских суицидов во всех регионах страны начали фиксировать еще осенью. И, кажется, проблема не утихает, а лишь обостряется.

- Это связано с последствиями самоизоляции, - поясняет психотерапевт Тимербулатов. – Сначала весной был всплеск тревожных расстройств, навязчивостей, страха заразиться. Это первая фаза. Депрессии были, но не так много. С осени тревожных расстройств стало меньше, но стали нарастать депрессивные расстройства. Соответственно, суицидальное поведение. Мы это связываем с самоизоляцией, дистанционным обучением, дистанционной работой родителей. Семьи находились как сельди в бочке, возникали проблемы, которых не было, это эффект замкнутого коллектива. Наступила вторая фаза – истощения. И это проявилось в виде депрессии, ощущения никчемности, ненужности. Понятно, что изоляция была вынужденной мерой. Но это привело к всплеску накопленного раздражения со всеми вытекающими последствиями.

Больше всего самоубийств, по данным эксперта, фиксируют в Забайкалье, в Алтайском крае, на Дальнем востоке. В европейской части России их меньше, но все равно проблема там тоже заострилась.



- Кроме того, из-за самоизоляции у детей возникают проблемы ухода в виртуальную реальность, где игры с множеством жизней, - продолжает психотерапевт. - И у детей теряется контроль, что жизнь все-таки одна. Им кажется, покончил с собой, раз и следующий уровень. Но дальше только смерть.

ВОПРОС РЕБРОМ

Ильгиз Тимербулатов, профессор, доктор медицинских наук, главному психотерапевту Минздрава Башкортостана:

ПОЧЕМУ ДЕТИ ИЗ БЛАГОПОЛУЧНЫХ СЕМЕЙ ИДУТ НА СУИЦИД?

- Дети из благополучных семей идут на самоубийство чаще всего там, где нет теплых отношения. Отношения формальные, холодные, чопорные между мамой и папой, между родителями и детьми. Родители зарабатывают деньги и откупаются от ребенка. Им кажется, что школьник ни в чем не нуждается. Но он нуждается не в материальных благах, а в теплых дружеских отношениях хотя бы с одним членом семьи, а в идеале с двумя: папа и мама для него - это одно целое. И конфликт между ними для ребенка все равно, что земля раскалывается напополам. Ребенок не находит никаких других способов выразить свою печаль, тревогу, грусть, боль, тоску, отсутствие взаимоотношений с родителями, как через попытки суицида, которые часто бывают криком о помощи – родители, услышьте меня! Что отвечают нам на это родители во время опросов? «Мы работаем, нам некогда мы приходим домой – устаем. Какой разговаривать, мы зарабатываем деньги, обуваем, одеваем». Такой менталитет - ребенка обеспечиваем мы, а все остальное задачи школы или он сам разберется.



ЧТО ДЕЛАТЬ РОДИТЕЛЯМ?

- Проводите эффективное время с ребенком. Хотя бы 15 минут обязательно каждый день, независимо ни от чего. Нужно желание слышать и слушать ребенка, понимать его проблемы, быть другом для ребенка, а не относиться к нему с позиции силы: «Я отец, я сказал, ты сделал». Нужны любовь и принятие ребенка.

МОЖНО ЛИ РЫТЬСЯ В ТЕЛЕФОНЕ РЕБЕНКА, ЧТОБЫ ЗАМЕТИТЬ НЕЛАДНОЕ?

- Родитель должен быть для ребенка другом. Если вы ему друг, то нет нужды проверять телефон. У подростка должна быть приватная психологическая зона. Попытки посмотреть его телефон могут взывать агрессию, непонимание. Если вы друзья, ребенок спокойно сам будет показывать на телефоне то, что вам интересно. И главное, с точки зрения психологии между родителем и ребенком не должно быть запретных тем. Если у вас дружеские отношения и нет запретных тем, он не будет ничего прятать. Но как психолог я вам никогда не скажу, родители проверяйте контакты своих детей, это влечет другие последствия.

КАКИЕ МЕРЫ ВВЕДЕНЫ В БАШКОРТОСТАНЕ?

- У нас четко выстроена система: мы провели обучение с педагогами, школьными психологами по выявлению маркеров суицидального риска. Мы не учим учителей быть психологами, но мы даем критерии, когда нужно звонить в звоночек, вести ребенка к психологу, дальше к психотерапевту, чтобы мы не пропустили это мимо. Выстроен алгоритм, поэтому большую часть успеваем поймать в нужный момент, чтобы дети не довели все до плачевного конца. Есть мнение, если задумал, чтобы не делали, все равно завершит суицид, это один из мифов. Если человека вовремя остановить, с каждым днем риск снижается. Особенно это характерно для подростков, у них импульсивное поведение на фоне депрессии, конфликтов социальных и межличностных. А психологи школьные не всегда знают и понимают, как это выявлять. В педагогических вузах мало этому обучают. Поэтому мы работаем над модулями обучения: первый кластер -это педагоги, классный руководитель, вторая группа - это родители.

источник: «Комсомольская Правда»
Made on
Tilda