Ветер, рождённый ветром
О том, как женщина из Ижевска переехала в село и меняет там жизнь.

Жители деревень, чьё детство пришлось на военное и послевоенное время, как только достигали совершеннолетия, уезжали в Ижевск. Некоторые даже и лет с 14. Уезжали в няньки к родственникам, устраивались на заводы, чтобы помогать большой семье, оставшейся дома. Деревни пустели, сиротели…

И всего лишь каких-то 10-15 последних лет мы можем наблюдать обратный процесс: горожане ринулись поближе к земле. Вот только индивидуальное жилищное строительство – это всё-таки не деревня. Это дом за городом, а жизнь в городе. Но Ольга Павлова, о которой пойдёт речь ниже, переехала именно в деревню. Осознанно.

«На волю! В пампасы!»

Родившись в селе Алнаши, Ольга долгое время училась, работала и жила в Ижевске, казалось бы, вросла. Ан нет. Однажды ей стало тесно в квартире. Ольге хотелось простора для души, для глаз, для деятельности. Город больше не удовлетворял. И Ольга начала свою идею прописывать в голове мужа. Игорь, хоть и не сразу, но согласился, выставив условия: не очень далеко от Ижевска, дом кирпичный, газ и чтобы была асфальтированная дорога.

Вот уже более 10 лет Ольга с мужем и сыном живут в селе Яган Малопургинского района. Ольга – организатор внеклассной и внешкольной воспитательной работы Яганской школы. Если 40 километров от города – недалеко, то все условия Игоря Николаевича соблюдены.

– Оля, деревня – это такое место, где муж с женой на кухне обсуждают, как солить огурцы, а с трёх сторон соседи советуют, как лучше. Неужели это «свобода»?

– К этой теме мы ещё вернёмся, а почему захотелось в деревню, скажу. Во-первых, банально уже не устраивала «клетка», даже если это просторная квартира. Мы обменяли с небольшой доплатой мою комнату в общежитии (а ведь мне её дали на «Аксионе», когда уже закончился Советский Союз, – повезло) на приличный дом и большой участок земли. Сейчас вот обновили баню – я её назвала «Яганские термы». А природа какая здесь! Это место из моих детских снов. Во-вторых, в городе труднее заявить о себе. Мне надо понимать, что от меня реально что-то зависит, что я могу двигать жизнь вперёд. И здесь у меня это получается. Я же звезда! Ну а про то, что обсуждают, судят, так к этому я была готова. Но меня это не трогает, я хорошее вижу. Вот у нас есть Миша. Если пожар, там Миша. Если колодец чистить – опять он. Так-то он тракторист, но очень неравнодушный молодой человек. Если дело гиблое, зовите Мишу Карнаухова. Есть, есть хорошие люди. Их большинство.

Маляр с дипломом журналиста

– Итак, ты поступила на журфак…

– Нет. Я туда не поступила. Я поступила на штукатура-маляра, потому что там давали общежитие. Это был 1996 год. Потом в связи с беременностью тяжёлые работы мне были противопоказаны, а уже позднее я пошла работать на рынок. Я – продавец от бога, и меня передавали буквально из рук в руки. Колготки, хрусталь – чего только не было. А потом я решила не работать. Муж позволял мне так жить. И вот тут-то возникла потребность учиться и жить в деревне. Я получила образование журналиста, а в прошлом году закончила магистратуру по специальности «Менеджмент в образовании». С красным дипломом.

– И всё-таки строительная специальность тоже была неслучайна. Твои руки, как говорится, не для скуки.

– Я хочу и умею всё делать своими руками. От штор и светильников до столов и шкафов. Изучаю технологию обработки и окрашивания. Люблю переливы цвета. Столы и шкафы, конечно, сама не мастерю, но сотворить из старой мебели модную новую – да. Баня – мои «Яганские термы» – тоже сами. Мы с мужем оторвались от компьютеров и бок о бок в течение двух месяцев каждые выходные работали над нашим проектом. Да, это самый настоящий проект, в котором прописаны цели и задачи, выведена смета. Нам, конечно, помогали: мы нашли надёжных людей с руками. Создать команду – тоже интересный живой процесс.

– За что ни возьмёшься, всё просто на загляденье. У тебя очень живые и интересные посты в соцсетях.

– Тут всё сложно. Я, кстати, всегда говорю, что с детьми проще – со взрослыми значительно труднее. Пока всё, что я делаю в соцсетях, считается баловством в то время, когда другие «работают».

– Сегодня, если ты не представлен в соцсетях, тебя будто уже и нет. Но у тебя получится и с этим справиться. Ты же меняешь жизнь вокруг себя. У тебя же есть план?

– Для меня было важно в долгосрочной перспективе поменять здесь обстановку. Село Яган славилось в районе людьми с деструктивным поведением во всех проявлениях. В 2012-13 учебном году в школе с 5-й по 11-й класс обучались 64 ученика, из них 21 человек состоял на учёте в комиссии по делам несовершеннолетних и подразделении по делам несовершеннолетних. Лидерами детских коллективов с 7-й по 11-й класс являлись отрицательные персонажи. Общешкольным «авторитетом» также был второгодник, состоящий на учёте в инспекции по делам несовершеннолетних. Мы обратили внимание, как эффективно работает система наставничества в преступной среде. Это совершенно отлаженный механизм.

– Не можешь предотвратить – возглавь.

– Да, верно. Поэтому я, можно сказать, внедрилась в этот криминал. Нашла общий язык с лидерами «хулиганов». Для начала была нарушена система наставничества в бандитской среде простым методом: мы проводили результативные беседы. Договорились, что никто не будет этих ребят трогать, если они перестанут показывать плохой пример младшим школьникам. Исчезли курильщики со школьного двора. Перестали задирать и таскать с собой младших. Через три года ушли из школы последние «хулиганы». Мы также задались целью поменять отрицательного лидера на положительного, выбор пал на ученика 5-го класса: во-первых, в этом возрасте ещё можно на человека как-то повлиять, во-вторых, мальчик обладал лидерскими задатками, хорошо учился, имел собственное мнение. Но и минусов там было предостаточно. С его желанием быть в центре внимания и вести за собой людей через несколько лет из него однозначно получился бы прекрасный отрицательный лидер. Опуская все этапы, скажу, что к 9-му классу мальчик стал авторитетом в лучшем значении этого слова. Словосочетание «крутой пацан» поменяло смысл. Идеал двоечника-уголовника был нивелирован. А дальше нужно было предложить остальным максимально интересное занятие, которое может существовать по схеме наставничества. Чтобы каждый ученик участвовал в общем деле и гордился тем, что он учится в Яганской школе. Таким делом мы выбрали школьное телевидение. Оно у нас существует уже с 2016 года, и мы смогли привлечь внимание некоторых детей, но не хватало размаха. Нужен был полный охват детей, учителей, родителей. Именно для этих целей мы решили использовать метод социального проектирования.

– «Яган-онлайн» у многих на слуху.

– В 2018 году мы выиграли грант в «Рыбаков фонд». Не очень большие деньги, но они позволили закупить оборудование. И даже не это главное: проектное мышление меняет взгляд полностью. Вот как будто ты вообще был до этого слепой. Я начала прививать культуру проектного мышления встречным и поперечным. Сейчас с диктором Малопургинского радио Анной Павловой мы внедряем эту идею, так сказать, в массы. Сейчас я ещё и методист по проектной деятельности. А в сентябре на мою почту пришло приглашение от «Рыбаков фонд» выступить в качестве спикера на специальной площадке, посвящённой школьным медиа. Это был Международный кинофестиваль «Лампа».

– Чего тебе не хватает, Ольга?

– Иногда мне бывает трудно пробить стену непонимания. И главной своей цели я ещё не достигла. Совсем недавно один наш ученик рассказывал о своей победе и не упомянул Яган. То есть Малая Пурга как райцентр, и всё. А я хочу, чтобы наши и ребята, и родители с гордостью говорили, что они из Ягана. Поэтому и проект с фитнес-центром мы с детьми назвали «Яганский богатырь». Везде должно быть название нашего села.

Ветер на привязи

Каждая моя новая героиня – это пальцем в небо. Увидела в соцсетях, услышала в разговоре, наблюдаю, хочу познакомиться. Хочу дружить. Хочу, чтобы через меня читатели тоже захотели бы дружить с человеком, которого выбрала я и утвердила редакция.

Я не готовлю заранее вопросы и не изучаю биографию. Я всегда уверена в длинном и хорошем разговоре. Иногда с откровениями и слезами. Часто – с удивлением. Я оставляю для себя этот момент загадочности. И он не заставляет долго ждать. Со щенячьим просто восторгом узнаю, что Ольге есть в кого такой уродиться – вольной, свободолюбивой, смелой, красивой. Как ветер. Как её отец.

Арсентий Павлов работал редактором и диктором Алнашского радио. Его творчество является не только частью удмуртской журналистики, он – неотъемлемая часть истории Алнашского района. Автор множества лирических миниатюр, рассказов, очерков. Они звучали по Удмуртскому радио, некоторые – по всесоюзному, опубликованы в периодических изданиях республики, в книге «Удмуртское радио». Арсентий Павлов был голосом села на последнем издыхании советской эпохи, в период, когда это село стало вдруг никому ненужным, в период безвременья…

– Ольга, так ты книгу написала? «Ветер на привязи» про твоего отца?



– Это было дипломной работой. Заведующий кафедрой истории и теории журналистики Александр Григорьевич Шкляев сформулировал тогда цели, задачи и актуальность моей выпускной квалификационной работы. Он сказал буквально следующее: «Ваш папа был радиожурналистом, он является частью истории удмуртской журналистики. Почему вы про него не пишете? Кто это сделает, кроме вас?»

– А бумажная версия книги есть?

– Нет. Если издавать книгу, надо туда собрать стихи, рассказы, а у меня нет на это пока душевных сил. Я после диплома-то испытала нервный срыв. Надо же было всё пропустить через себя, прожить заново…

«Он умел рассказывать о любых событиях через внутренний мир героев. В каждом событии судьба человека со всей своей гениальной простотой. Человек на своём месте – вот секрет успеха человечества. А главное богатство человека – его душа». Я цитирую Ольгу, которая пишет про отца, которая сама проста до гениальности, которая на своём месте. И её с него не сдвинуть. Пока она не добьётся своего. Как звучит её родина Алнаши, так же громко должен звучать Яган. А дальше будет видно.

Ветер привязать невозможно.



источник: «Удмуртская правда»

Made on
Tilda